Договора нет, а решения всё равно исполняются

Между Израилем и Россией нет договора о взаимном исполнении судебных решений. Верховный суд Израиля прямо указал на это в деле ע"א 3081/12 Double K Oil Products против «Газпром трансгаз Ухта». Следовательно, путь прямого признания по статье 11(а) Закона об исполнении иностранных судебных решений 5718-1958 для российского решения закрыт, и остаётся подать заявление о том, чтобы суд объявил решение подлежащим исполнению по статье 3.

Этот путь открыт и используется. В последние годы израильские суды объявили подлежащими исполнению целый ряд российских решений, в том числе крупные взыскания в пользу российских банков. Вопросы, от которых зависит исход таких дел, повторяются, и по каждому из них уже есть практика Верховного суда.

Взаимность: достаточно разумной возможности

Статья 4(а) закона устанавливает, что иностранное решение не объявляется подлежащим исполнению, если оно вынесено в государстве, законы которого не предусматривают исполнение решений израильских судов. В случае России этот вопрос действительно возникает. Статья 241 Арбитражного процессуального кодекса РФ ставит исполнение иностранных решений в зависимость от международного договора, а договора с Израилем нет.

По делу Double K Верховный суд постановил, что доказывать фактическое исполнение израильского решения в России не нужно, достаточно разумной возможности такого исполнения. В отношении России суд признал, что такая возможность существует, и привёл два соображения. Во-первых, суд установил, что в российских судах наблюдается тенденция, пусть и частичная, исполнять иностранные решения и тех государств, с которыми нет договора. Во-вторых, суд не нашёл подтверждений тому, что российские суды дискриминируют израильские решения.

Бремя доказывания в этом вопросе лежит на стороне, возражающей против исполнения, а не на заявителе. В деле Double K суд также отметил, что Юридическому советнику правительства следовало бы представить принципиальную позицию о том, исполняются ли израильские решения в России, и выразил сожаление, что этого не произошло. Получается, что вывод о взаимности опирается на тенденцию, а не на окончательно установленный факт, и может измениться, если будет доказана существенная перемена.

Ответчик утверждает, что с седьмого октября Россия проявляет враждебность к Израилю, однако этот довод не обращён к российской судебной системе, и в любом случае подобных общих доводов недостаточно, чтобы доказать дискриминацию Израиля в вопросе исполнения иностранных судебных решений.

ת"א 51186-11-22 Ложенков против Краснера, Окружной суд Центрального округа (24.3.2026), перевод

Это решение суда первой инстанции, и оно может быть обжаловано. Но оно показывает, в каком направлении рассуждают суды. Тому, кто хочет сослаться на отсутствие взаимности, нужны доказательства того, как российские суды обращаются с израильскими решениями, а не доводы о состоянии межгосударственных отношений.

Вручение: критерий разумности, а не формализм

Статья 6(а)(2) позволяет возражать против исполнения, если у ответчика не было разумной возможности изложить свои доводы и представить доказательства. В российских делах этот довод нередко касается вручения, то есть официальной передачи ответчику судебных документов. Ответчик утверждает, что исковое заявление до него не дошло, поскольку к тому времени он уже жил в Израиле.

В деле, которое затем рассматривал Верховный суд (ע"א 1948/15 JSC VTB BANK против Марголиса), окружной суд сначала такой довод принял. Он установил, что по российскому праву требуется вручение лично ответчику, и что не удалось выяснить, кто подписал уведомления о вручении, ведь ответчика в тот период в России не было. Верховный суд это решение отменил. Он указал, что вопрос в том, была ли у ответчика, с объективной точки зрения, разумная возможность изложить доводы и представить доказательства. Такую проверку, по словам суда, нужно вести осмотрительно и с уважением к правовым системам других государств.

Исход дела определил один факт. Повестки и уведомления о вручении направлялись по официальному адресу, который ответчик сам указал банку в договорах поручительства. В этих обстоятельствах вручение было признано разумным, и российские решения объявлены подлежащими исполнению. Обеим сторонам стоит помнить, что адрес, который человек указал в договоре, может сохранять для него значение и после отъезда из страны, особенно если он обязался сообщать об изменении адреса и не сделал этого.

Гражданское решение на основе российского уголовного дела

Статья 1 закона определяет иностранное решение как решение по гражданскому делу, включая решение о выплате компенсации потерпевшему, даже если оно вынесено не по гражданскому делу. Российское право позволяет потерпевшему заявить гражданский иск в рамках уголовного дела, как это было сделано по делу Ложенкова. Другая возможность состоит в отдельном гражданском иске, при рассмотрении которого гражданский суд связан выводами обвинительного приговора, как это было по делу Кацива.

По делу ע"א 7251/20 Кацив против ZAO Raiffeisenbank к исполнению было предъявлено гражданское решение, которое обязывало подсудимого солидарно с другими подсудимыми выплатить около 961 миллиона рублей и было основано на обвинительном приговоре в России. Подсудимого, гражданина Израиля, имевшего также российское гражданство, удалили из зала суда более чем на полтора года после того, как он грубо высказался в адрес суда. За это время в его отсутствие прошло 74 заседания и были допрошены 193 свидетеля.

Верховный суд постановил, что если выводы уголовного процесса обязательны для гражданского решения, как это предусмотрено российским правом, разумность возможности защищаться нужно проверять и в самом уголовном процессе. При этом проверка ведётся объективно и по меркам гражданского процесса. Даже если уголовный процесс в России не соответствует правам, которые есть у обвиняемого в Израиле, это не обязательно означает, что возможность защиты была неразумной. Удаление из зала стало следствием поведения самого подсудимого, а на протяжении всего процесса у него был защитник, поэтому суд пришёл к выводу, что ущемление его прав не оправдывает отказ в исполнении. Апелляция отклонена, исполнение осталось в силе.

В том же решении был отклонён и довод о противоречии публичному порядку, то есть основополагающим ценностям государства и общества в Израиле, в том числе нравственности, справедливости и честности. Суд указал, что, как правило, различие между правовыми нормами государства вынесения решения и нормами, действующими в Израиле, само по себе не делает иностранное решение противоречащим публичному порядку.

Окончательность: решение больше не подлежит обжалованию

Статья 3(2) требует, чтобы решение, исполнения которого добивается заявитель, больше не подлежало обжалованию, и доказать это должен сам заявитель. Не требуется, чтобы должник использовал все способы обжалования. Решение, срок обжалования которого истёк, является окончательным, и возможность его отмены или изменения тем же судом, который его вынес, не влияет на его окончательность. В российской системе несколько уровней обжалования, поэтому в заявлении стоит указать, какие из них были использованы и когда по ним было отказано, или когда истёк срок для обращения. По делу Кацива суд описал путь, который прошло гражданское решение, предъявленное к исполнению. Оно было обжаловано в окружной суд в Ростове, затем последовали ходатайство о разрешении на обжалование и ходатайство о дополнительном рассмотрении дела в Верховном суде Российской Федерации. После отказа по всем из них гражданское решение стало окончательным.

На практике окончательность решения обычно доказывают заключением эксперта по российскому праву, подтверждающим, что решение окончательно и подлежит исполнению в России. Такое заключение помогает доказать и выполнение условия статьи 3(4) о том, что решение должно быть исполнимо в государстве, где оно вынесено.

Что это значит на практике

Для того, у кого на руках российское решение и кто хочет взыскать долг в Израиле:

  • Согласно статье 5, заявление нужно подать в течение пяти лет со дня вынесения решения. Суд вправе рассмотреть и более позднее заявление, если найдёт особые причины, оправдывающие задержку. В судебной практике такой причиной признавалось положение, при котором заявитель не знал, где следует исполнять решение. Это исключение, и лучше подать заявление в течение пяти лет.
  • Согласно правилу 354 Правил гражданского судопроизводства (исполнение иностранных судебных решений) 5744-1984, к заявлению прилагаются копия решения, удостоверенная компетентным российским органом, и аффидевит (письменные показания под присягой), подтверждающий четыре условия статьи 3 Закона. Суд вправе потребовать заверенный перевод на иврит согласно правилу 355.
  • Об обеспечительных мерах в отношении имущества в Израиле, например об аресте, стоит подумать уже при подаче заявления. Так было сделано, например, по делу Ложенкова, где одновременно с открытием производства было вынесено определение о временном аресте прав на недвижимость в Израиле. В более раннем производстве между сторонами дела Кацива, רע"א 10250/08, Верховный суд постановил, что иск будет рассматриваться в России, но оставил в силе обеспечительные меры в отношении имущества в Израиле и отметил, что так будет обеспечен интерес банка в этом имуществе.

Для того, против кого предъявлено российское решение:

  • Согласно правилу 356, на подачу ответа даётся тридцать дней со дня вручения копии заявления или более длительный срок, если его установил суд или судебный регистратор. Тот, кто не подал ответ, не вправе возражать против заявления.
  • Возражения, построенные на общей критике российской судебной системы, в судебной практике успеха не имели. Суд проверяет факты конкретного дела, например то, как вручались документы и по какому адресу их направляли. Критерий не в том, знал ли ответчик о процессе в действительности, а в том, было ли вручение разумным.
  • Израильский суд не выступает апелляционной инстанцией по отношению к российскому решению, то есть не пересматривает его по существу. Довод о том, что российский судья ошибся в фактах или в праве, не поможет, если он не укладывается в одно из оснований статьи 6.